Мельница Гамлета

эссе, исследующее истоки
человеческого знания
и его передачу
через миф

Приложение 11

Кристенсен, в своей работе о Кайянидах 1, говорит: La tradition nationale fait grand cas du forgeron Kâvag, qui s’insurgeait contre l’usurpateur Dahâg (le Dahâka des Yashts) et hissait son tablier de cuir sur une lance, ce qui fut l’origine du drapeau de l’empire sassanide, appelé drafš ê kâvyân, ,drapeau de Kâvag’. Cette légende, née d’un malentendu, la vraie signification du nom de drafš e kâvyân étant ,le drapeau royal’, est inconnue dans la tradition religieuse[1].

С помощью таких утверждений — не говоря уже о «сдержанном» намёке, что Фирдоуси соткал целые главы своего «Шахнаме» из malentendus[2] — путь к уместным вопросам, фактически, блокирован. История кузнеца Кавага — который также пишется как Каве[3]2 или Кава[4] — рассказывается Фирдоуси в книге о тысячелетнем правлении Дахака[5], жестокого тирана, из плеч которого выросли две змеи3, которые должны были ежедневно питаться мозгами двоих молодых людей. Предопределённый драконоборец, и долгожданный спаситель — Феридун — авестийский Траетон[6] (Траэтаона) — истинный предшественник Кей-Хосрова, ещё ребенком был спасён от козней Дахака, и спрятан в горах. Когда архидьявол Дахак потребовал принести в жертву последнего сына Каве — семнадцать сыновей уже были скормлены драконовым головам — кузнец начал революцию во имя Феридуна:

Из кожи передник, что в утренний час
Кузнец надевает, за молот берясь,
Срывает Каве, прикрепляет к копью,
И пыль на базаре встаёт, как в бою.
С воздетым копьём он идёт и кричит:
«Внемлите, кто имя йезданово чтит!
Оковы зохаковы сбросит любой,
Кого Феридун поведёт за собой.
Мы все, как один, к Феридуну пойдём,
Под царственной сенью его отдохнём.
Вперёд, ибо правит у нас Ахриман,
Что злобою против творца обуян!»
Шагает кузнец, непреклонен, суров;
Немало примкнуло к нему храбрецов.
Передник тот — кожи нестоящей клок —
Друзей и врагов различить им помог.
Разведал, где путь к Феридуну, и вмиг
Туда устремился, идя напрямик;
К владыке пришел он, возглавив народ;
И кликами встречен героя приход.
И кожу, что поднял кузнец на копьё,
Царь знаменем сделал, украсив её
Румийской парчой, ослепляющей взор:
На золоте чистом алмазный узор.
Почтил её царь, добрый видя в ней знак.
Вознёсся, как месяц, сияющий стяг.
Он был золотист, фиолетов и ал,
Владыка его кавеянским назвал.
И каждый, на трон восходивший потом,
Всё множил каменья на знамени том.
И молотобойца передник простой
Невиданной в мире блистал красотой.
В парче и в шелках удивительный стяг
Сиял, разгоняя томительный мрак.
Сказал бы, то солнце в глубокой ночи
Взошло, разливая надежды лучи.

Если бы речь шла только о том, чтобы объяснить «царский» флаг, почему должен был Фирдоуси (или его источники) привлекать кузнеца по имени Каве (Каваг, Кава), если вообще нет никакой связи между царским саном и кузнецом? Даже если мы оставим без внимания широко распространённый мотив о великих кузнецах как приёмных отцах и воспитателях героя4, равно как и китайских верховных кузнецов, и все материалы, что были собраны Альфёлди в статье о кузнеце как почетном звании среди монгольских и турецких правителей5, остается следующее: то самое династическое имя иранских царей, которое представляет для нас наибольший интерес, то есть Кайяниды, есть производное от Кави[7]6. Самый «кавеянский» Шах — это Кей-Кавус, чьё имя даже содержит относящееся к делу имя дважды, Кави Кави-Усан[8], которого нельзя отделить от Кави Уса[9] (или Ушанас Кавья[10]) из «Ригведы» и «Махабхараты»7, который демонстрирует несколько важных характеристик Deus Faber. Помимо того, что говорилось ранее о нём — что он вместо Тваштри сковал оружие для Индры8 и дал Индре Сому, который, в противном случае, сам украл (или просто напился) Сомы в «Доме Тваштри» (например, «Ригведа», 3.48.2 и дал.), мы упоминали и о том, что в одной из непрекращающихся войн между асурами и девами за «три мира», асуры выбрали Кавья Ушанаса в качестве своего «жреца» или «посланника»9, девы выбрали Брихаспати[11] (или Врийяспати[12], то есть, Юпитера, а в «Тайттирийя Санхите» — Агни). Многие воины полегли с обеих сторон, но — так говорит «Махабхарата» — «восприимчивый Врийяспати не мог оживить их, потому что не знал науки, называемой Сандживани[13] (оживления), которую Кавья, наделённый огромной энергией, знал очень хорошо. И поэтому боги были в великой печали»10. «Бундахишн», в свою очередь, сообщает следующее в главе 32, посвящённой «домам, которые Кайяны со славой воздвигли, и которые они называли чудесами и диковинами»11, в строфе II: «О дворцах Кей-Уса говорят: "Один был из золота — тот, где он поселился, два были из стекла, в них были его конюшни, и два были из стали, в них находилось его стадо; оттуда исходили все вкусы, и воды родников, дающих бессмертие, которое сражает старость, потому что, когда дряхлый человек входит этими вратами, он выходит пятнадцатилетним подростком из других врат — и так же отгоняет смерть». Согласно Фирдоуси, Кей-Кавус обладал своего рода бальзамом, с помощью которого он мог воскресить Шураба, но не дал его отцу Шураба Рустему, который умолял его об этом даре12.

На что Ломмель замечает (Mélanges Bally, p. 212): Und das ist der hässlichste lug im Bilde des Kay Kaus, dass er die Herausgabe des Wunderheilmittels verweigert, da Rostem und Sohrab, wenn beide am Leben waren, vereint ihm zu mächtig waren[14]. Это довольно бесполезное занятие — искать «безобразные черты» в «характере» Демиурга, даже если он встречается нам под маской Шаха. Нескольких таких подсказок должно хватить на данный момент; это довольно нехорошо, что бремя «доказательства» лежит на защитниках смысла в нашем испорченном столетии, тогда как всем, кто предполагает ерунду и «недоразумения», могут сойти с рук самые нелепые притязания. Другими словами: даже если отдельный Каве/Каваг должен был быть «изобретён» Фирдоуси, то представление о Боге-Творце и Небесном Кузнеце как распорядителе и хранителе царского сана13, как изначальном и законном собственнике «вод жизни»14 — ни в коем случае не случайная фантазия15, а смысл и значение фартука кузнеца в качестве «кавеянского флага» поняли бы от Китая до Ирландии.


  1. A. Christensen, Les Kayanides (1932) — P. 43 

  2. F. Justi, Iranisches Namenbuch (1895) — P. 160. В наиболее свежем переводе «Шахнаме» (Firdousi: Das Königsbuch [1967] — до сих пор, только ч. I, книги 1-5 вышли), H. Kanus-Credé смело отождествляет кузнеца Кава с «авестийским Каватой»[15], то есть, Кей-Кубадом, первым иранским правителем.  

  3. Дахак с двумя дополнительными змеиными головами — то же самое, что и «сильный, неистовый Даса с 6 глазами и 3 головами» в «Ригведе», 10.99.6.: Висварупа[16], сын Тваштри[17], и Schwestersohn der Asura[18]; ср. «Махабхарата», 12.343 (Roy trans. — T. 10, P. 572). 

  4. Упомянем только Мимира, Регина, Гобанна[19]. Сын Каве Карна, между прочим, чья жизнь была сохранена благодаря восстанию, стал известны паладином Фаридуна, как Виттиге/Виттих[20], сын Вейланта-кузнеца стал сильным паладином Тидрека. 

  5. Ср. по поводу турецкой традиции: R. Hartmann, Ergeneqon // Festschrift Jacob (1932) — P. 68-79. 

  6. Что касается слова kavi, см. H. Lommel, Die Yashts des Awesta (1927) — P. 171f.; E. Herzfeld, Zoroaster and His World (1947) — P. 100-109. 

  7. См. статью Ломелля Kavy Usan // Mélanges linguistiques offerts à Charles Bally (1939). — P. 210f. То, что Х. Бартоломе (Altiranisches Wörterbuch [1904], col. 405) признаётся, что «не в состоянии найти родства» между иранским Кави Усаном[21] и ригведийским Кави Уша[22] — это драгоценность в коллекции филологических зверств. Falls meine Etymologie richtig ist, entfällt auch die Namensähnlichkeit[23]. Он называет это «сходством»! В ходе этого эссе выйдет, что его предложение выводить имя Usan из «usa — м.р. (I) источник, фонтан; (2) сток, течь...», не есть помеха в понимании Кави Усана. Кронос тоже был выведен из греческого krounos, то есть, «источник», «родник» (См. Eisler, Weltenmantel. — P. 3782, 3850, напоминающий нам также о пифагорейской формуле касательно моря: «Kronou dakryon, "слеза Кроноса"»). 

  8. «Ригведа» 1.51.10; 121.12, 5.34.2. В частности это миф о Шушне, где Кави Усан замещает Тваштри. 

  9. Taittiriya Sanhita 2.5.8 (Keith trans. — T. 1, P. 198) 

  10. «Махабхарата» 1.76 (Roy trans. — V. 1, P. 185). Об этой роли Кавья Ушанаса ср. Geldner, в R. Pischel и K. F. Geldner, Vedische Studien. — V. 2 (1897), P. 166-70; о восстанавливающем жизнь озере или колодце, принадлежащем «злым Данавам» см. «Махабхарата» 833 (Roy trans. — V. 7, P. 83). В Ирландии Туата Де Дананн был способен оживлять убитых (во Второй Битве при Маг Туиред), а фоморы не могли. 

  11. Zand-Akasih: Iranian or Greater Bundahishn, trans. by B. T. Anklesaria (1956) — P. 271; ср. Christensen — P. 74. 

  12. Точно так же Луг — сила и сердце Туата Де Дананна, как Кришна был ими у пандавов — отказал Туирилу[24] в оживляющей свиной шкуре, с помощью которой тот мог бы воскресить трёх своих сыновей: Бриана, Иухара и Иухарба[25]

  13. Еще раз: «Повелитель Триаконтаэтериса»[26], периода в тридцать лет, то есть, египетского и персидского «Царского Юбилея»[27] (сидерический период обращения Сатурна) — Пта-Гефест. 

  14. Также хмельных напитков, заменяющих их; Сома принадлежит Тваштри; ирландский Гоибниу варит эль, который делает Туата Де Дананна бессмертным, пиво кавказского кузнеца Курдалогона играет ту же самую роль. Когда шумерская Инанна была почти потеряна в преисподней, Энки дал своим посланцам живительную жидкость, чтобы обрызгать богиню. И последнее, но не менее важное — Тане/Кане, полинезийский Бог-Творец, которому принадлежат «Живые Воды». 

  15. Лео Фробениус, когда злословили — как случалось порой — что его обманывали африканские информанты, «выдумывавшие» любое количество «ненастоящих» сказок, обычно улыбался доброжелательно, и указывал на то, что он называл stilgerechte Phantasie[28]


  1. Национальная традиция высоко ценит кузнеца Кавага, который восстал против узурпатора Дахага (Дахака в «Яштах») и поднял свой кожаный фартук на копьё, тот, от которого произошёл флаг империи Сассанидов, названный Дирафши Кавияни, “флаг Кавага”. Это легенда, которая родилась из недоразумения, ведь настоящее значение имени Дирафши Кавияни — “королевский флаг”, и оно неизвестно в религиозной традиции.

  2. недоразумений

  3. Kaweh

  4. Kawa

  5. Dahak

  6. Thraethona

  7. Kavi/Kawi

  8. Kavi Kavi-Usan

  9. Kavy Usa

  10. Usanas Kavya

  11. Brihaspati

  12. Vrihaspati

  13. Sanjivani

  14. И самая безобразная черта в портрете Кей-Кауса — то, что он отказывает в выдаче чудесного лекарства, так как Рустем и Шураб, будь они оба живы, вместе были бы слишком могущественны.

  15. Kawata

  16. Visvarupa

  17. Tvashtri

  18. сын сестры Асура

  19. Mimir, Regin, Gobann

  20. Wittige/Wittich

  21. Kavi Usan

  22. Kavy Usha

  23. Если моя этимология верна, сходство имён также выпадает.

  24. Tuirill

  25. Brian, Juchair, and Jucharba

  26. Triakontaeteris

  27. Royal Jubilee

  28. фантазия, соответствующая определённому стилю