Мельница Гамлета

эссе, исследующее истоки
человеческого знания
и его передачу
через миф

Приложение 14

Имя Мундилфёри[1] (Мундил-фере[2]) поднимает ряд проблем, и ничего не выйдет из уклончивых утверждений, подобных тем, что даются де Ври (Altnordisches Etymologisches Wörterbuch (1961), 395): «Mundilferi — имя отца Луны ⟨...⟩ Mundil — имя легендарного персонажа».

Что касается mund (ж.р.), то оно означает «рука» (Клисби-Вигфуссон), но mund включает в себя также значения «опекунства», «попечительства» (ср. нем. Vormund). Mund (ср.р) означает «момент времени, настроение, склонность, мера и правильное время» (de Vries, loc. cit.).

Mundill (Mundell), вне всякого сомнения, неведомая «легендарная фигура»; мы были бы рады узнать, что в точности означает это имя, но специалисты не говорят нам этого. Маленькая, но многообещающая подсказка: Геринг отметил в своём комментарии к «Эдде» (T. 1, P. 168): «Имя вновь встречается среди Saekonunga Heitis «Младшей Эдды», II, 154. «Хейти — разновидность именования (Некель переводит это как Fürnamen[3]), которое скальды использовали наравне с кеннингами (иносказаниями); список «хейти морских конунгов» найден в «Третьем Грамматическом Трактате», содержащемся в «Младшей Эдде» (приписываемом Олафу — племяннику Снорри), и среди двадцати четырёх хейти под номером 11 есть Мюсинг, под номером 15 — Мундилл1. Каждый, кто близко знаком с множеством имён, даваемых космическим персонажам — особенных имён, меняющихся согласно порядку времени — в вавилонской, индийской, китайской и др. астрономиях, едва ли купится на идею, что эти хейти были именами исторических конунгов2. Следствие, вытекающее из понимания Мюсинга и Мундилла (наряду ещё с 22 хейти) как представления одной и той же космической функции, не будет здесь разрабатываться в деталях: тот, кто внимательно следит за различными «потоками», «перевозчиками», «кормчими», кто персонифицирует «божественные суда» и конунгов глубокого моря, которые пересекали его путь на протяжении всего эссе, сможет в итоге выработать своё собственное решение. Поскольку в отношении слова fere (в Mundelfere) Геринг определённо чувствует, что это то же самое слово, что и древневерхненемецкое ferjo, средневерхненемецкое verge, то есть «перевозчик», то значение имени — «перевозчик Мунделла». Геринг ссылается на Финнура Джонсона, который понимал mund в имени как «время» и объяснял слово, которое он принял за имя Луны, оригинально: как den der bewaeger sig efter bestemte tider, то есть, «кто-то, кто движется согласно определённым временам», если можно так выразиться, «согласно расписанию (плану)».

Вообще, нет причин брать Мундилфёри как «первоначальное» имя луны, это светило — не единственный хронометр поблизости. В «Речах Вафтруднира», 23 говорится о Солнце и Луне, детях Мундилфёри, кружащих по небу, служа указателями времени3.

«Перевозчик Времени» могло бы иметь определённый смысл, но недостаточный, чтобы просветить нас по поводу «самого» Мундилля.

То же относится к зимроковскому, скорее воображаемому Mundilföri = Achsenschwinger, то есть, «тот, кто вращает ось», но Зимрок, по крайней мере, искал осмысленное значение, и он, возможно, подсказал знак, совершенно неведомый. Эрнст Краузе тоже ломал голову, скромно прося экспертов проверить отношения этого mundil с латинским mundus4. Мы не намерены вмешиваться в этот специфический вопрос, не считая того, что mundus в значении «мир» стало пустым и совершенно бессмысленным словом. Впрочем, грустно наблюдать и прогрессистов, дающих новейшие «пояснения» к латинскому mundus: (1) «орнамент», (2) «женское драгоценное украшение»5 без упоминания греческого kosméô, которое тоже означает «украшать», но не «изначально» и не по существу. «Наводить порядок, особенно в смысле армейского построения» – вот что означает kosméô, и откуда взялось слово «космос». И у нас нет права давать такому центральному понятию как mundus самое тривиальное из всех мыслимых значений.

Мы должны подойти к рассматриваемым словам с помощью общего объективного значения, лежащего в основе обширной семьи слов-образов, порождённых корнем manth/math, откуда также (гора) Mandara, mandala, лат. mentula (пенис), а также наше слово möndull6, которое, как предполагается, заменило старую форму mandull. Правда, mandull/möndull это ещё не mundill, и mundus не совпадает с мандалой, однако всё семейство слов определяется центральной концепцией, прочно сцеплённой с корнями mnt/mnd, и эти согласные повсюду означают «кружение», «сверлящее движение». Здесь мы уже вплотную подошли к настоящим джунглям недоразумений, и чем пристальнее мы вглядываемся в ars interpretandi[4] профессионалов, тем более непроходимыми становятся джунгли. Но позвольте нам попытаться извлечь толику смысла, раскрывая более или менее «бессознательные» промахи, сделанные интерпретаторами, имевшими дело с корнем manth, сердцем и центром индийской Амритамантханы, «Взбивания амброзии», то есть, взбивания Молочного Океана для получения Амриты/Амброзии, напитка бессмертия. Это определённого рода иллюстрация, потому что manth, math появляется в двух кардинально отличных значениях (и даже больше), по поводу чего мы цитируем Macdonell’s Sanskrit dictionary (Р. 218): manth — «маслобойка, убийство, смешанный напиток (= смесь Сома )»; mantha-ka м. р. — «палочка для помешивания»; manth-ana — «извлечение огня трением». На странице 214 мы находим s.v. math, manth — «вращать(ся) (agnim), тереть (огненная палочка), сбивать, трясти, взбалтывать, перемешивать, тревожить, дробить, травмировать, разрушать, ⟨...⟩ mathita — «ставить в тупик, ⟨...⟩ ударять или обрывать, ⟨...⟩ вырывать с корнем, истреблять, убивать, разрушать, ⟨...⟩ ударять или обрывать, тащить7».

Пока все более-менее хорошо. Но зачем настаивать на таких ошибочных глаголах как «ударять» или «обрывать» etc.? Разве не слышали мы о Фенье и Менье, которые «намололи неожиданного хозяина» для Фроди, то есть Мюсинга? И это не изолированный случай. Нам известна, к примеру, крайне уместная хеттская молитва к Иштар из Ниневии, в которой содержится просьба «вымолоть из врагов их мужественность, силу и здоровье»8 — хетты являются весьма респектабельными членами индоевропейской семьи языков. Обретается что-то или же теряется — мир, золото, здоровье, головы, мужественность или что-то ещё — это «намалывается» или «вымалывается», в основе же лежит образ mola trusatilis[5]; вращение на и от себя, когда движение космоса понимается как движение в противоположных направлениях, как в случае с индийской маслобойкой. У нас есть достаточное основание, чтобы взять это движение в качестве древнейшей концепции, но оно не имеет прямого отношения к обсуждаемому здесь и сейчас; а что имеет отношение, так это общая концепция, выраженная множеством слов, порождённых корнем manth/math, потому что каждый случай является следствием вращательного движения (или только в одну сторону, или попеременно в противоположных направлениях, ср. Прил.17) небесной мельницы или маслобойки9, то есть, комбинированное движение планетных сфер и сферы неподвижных звёзд.

Как только мы истолковываем мельницу и маслобойку в качестве небесного механизма, камень преткновения между «сверлить» и «красть, разрушать» теряет значение, и это довольно важно, поскольку помогает прояснить почтенное имя Прометея, ставшее объектом жарких дебатов.

Адальберт Кун — несомненно великий учёный — всесторонне изучал корень manth вместе с Горой Мандара, палочкой для взбивания, которой воспользовались Асуры и Девы для взбивания Молочного Океана, и очень старался добиться «счастливого брака» между этой manthana и греческим manthano — «учить, изучать», конфронтируя с нами своим, скорее странным, мнением о том, что «естественно». Вот что он сказал (P.15ff.):

Mit der bisher entwickelten Bedeutung der Wurzel manth hat sich aber schon in den Veden die aus dem Verfahren natürlich sich entwickelnde Vorstellung des Abreißens, Ansichreißens, Raubens entwickelt und aus dieser ist die Bedeutung des griech. manthánô hervorgegangen, welches demnach als ein an sich reißen, sich aneignen des fremden Wissens erscheint. Betrachten wir nun den Namen des Prometheus in diesem Zusammenhang, so wird wohl die Annahme, daß sich aus dem Feuer entzündenden Räuber der vorbedächtige Titane erst auf griechischem Boden entwickelt habe, hinlänglich gerechtfertigt erscheinen und zugleich klar werden, daß diese Abstraktion erst aus der sinnlichen Vorstellung des Feuerreibers hervorgegangen sein könne. Was die Etymologie des Wortes betrifft, so hat auch Pott ⟨...⟩ dasselbe auf manthano in der Bedeutung von mens provida, providentia zurückgeführt ⟨...⟩, aber er hätte, sobald er das tat, das Sanskritverbum nicht unberücksichtigt lassen sollen ⟨...⟩ Ich halte daher an der schon früher ausgesprochenen Erklärung fest, nach welcher Promētheús aus dem Begriff von pramātha, Raub, hervorgegangen ist, so daß es einem vorauszusetzenden skr. pramāthyus, der Räuberische, Raub liebende, entspricht, wobei jedoch wohl auch jener oben besprochene pramantha [= der aufrechte Bohrstock] auf die Bildung des Wortes mit eingewirkt hat, zumal Polt auch noch einen Zeus Promantheus ⟨...⟩ aus Lycophron 537 nachweist, so daß in dem Namen auch der Feueranzündende zugleich mit ausgedrückt wäre[6].

Само собой разумеется, что мы не считаем ни «естественным», ни «очевидным» «выводить» обучение из кражи, или провидение — из обучения: Прометей (Promantheus у Ликофрона) — с помощью прамантхи зажёг новый огонь в новом месте, на новом пересечении эклиптики и экватора; «богам» это не нравится (больше об этом будет сказано позже).

Теперь прамантха, иначе говоря «мужская огненная палочка», имеющая хорошо известные игривые коннотации вместе с трастовым фондом «Плодородие», до которого рукой подать, повели классических филологов в жестокий бой с утверждением Куна во имя благородного Прометея, который просто не должен оказаться ни палочкой для извлечения огня, ни, того хуже, фаллосом.

Чрезвычайно впечатлительные классицисты стали победителями на поле боя совсем недавно, когда мы узнали последние новости от Майрхофера10, который твёрдо постановляет: manth, ,quirlen’ ist etymologisch von math-, mathnāti ,rauben’ (offenbar nasallos) verschieden[7]. Разобравшись с различными, нам уже известными, значениями слов, он продолжает: An außerirdischen Nachweisen der Vorstufe von ai. math- ‚rauben’ ⟨...⟩ besteht vorerst nur die vorsichtig ausgesprochene, aber sehr glaubhafte Zusammenstellung von ai. pra- math- mit griech. Promētheus, dor. Prometheus (Narten)[8].

Вот, что значит «прогресс» в наши дни: то, что предлагается как совершенно новое, «произносимая с опаской, но весьма вероятная связь санскритского pra-math с греческим Prometheus» в 1963 году, когда второе издание Куна было опубликовано в 1886. Мы не хотим останавливаться на требуемом «этимологическом различении» корней manth и math: если филологи не понимают предмет, они изобретают различные корни, которые «смешались» позже, предположительно, как в случае с math- и manth — «в постведические времена»11.

Прометей был «прамантхой», как были ею Кецалькоатль, Тескатлипока, четыре Агни и многие другие, сверлящие или взбивающие с помощью «горы Мандары» или Мёндулла: почему не называть его Мундилфёри, «вращателем оси»? На самом деле, у нас есть алтайские истории о том или ином Мундилфёри, «порождающем» Солнце и Луну. Уно Холмберг утверждает (Die religiösen Vorstellungen der altaischen Völker (1938). — Р. 22,63,89f.):

В калмыкских мифах мировая гора — Сумеру, Меру или Мандара — появляется как символ творения. Мир возник, когда четверо могущественных богов завладели гору Сумеру и стали вращать её в изначальном море, как калмыцкая женщина крутит палку, когда готовит масло. Из сильно взболтанного моря появились, среди прочих, Солнце, Луна и звёзды. Тот же смысл, вне всякого сомнения, у истории дорботов, согласно которой давным-давно, ещё до того, как появились Солнце и Луна, некое существо начало взбалтывать изначальный океан шестом в десять тысяч фарлонгов, породив таким образом Солнце и Луну. Похожее творение описано в монгольском мифе, где существо приходит с неба — это был Лама, как полагают, (см. Holmberg, Finno-Ugric Mythology. — Р. 328) — чтобы взболтать изначальное море, пока часть жидкости не затвердеет.

Эти «истории творения» являют собой более или менее испорченные пережитки Амритамантханы, «пахтанья беспримерно сильного», в процессе которого из взболтанного сильно Молочного Океана одно за другим появились созвездия12. И то же самое относится к «творению», продемонстрированному японскими «родителями мира»: стоя на Небесном мосту, они взбалтывали небесным копьём из драгоценного камня изначальное море до тех пор, пока части его не уплотнились и не стали островами. Амритамантхана выжила и в Греции: в начале «Илиады», 8, и в мифе о платоновском «государственном деятеле», а Плутарх распознал её в Египте: но эта тема стоит ещё одной книги. Здесь важно было поместить такие фигуры как Мундилфёри, какой-нибудь сохранившийся Лама, Вишну Чакравартин на космологическую сцену, где их методы «творения» имеют смысл.


  1. Den tredje og fjaerde grammatiske afliandling i Snorres Edda, hrsg. von Björn Magnússon Ólson (1884), 111.15; Edda Snorra Sturlusonar (Nachdruck 1966), II, 154. 

  2. Ольсон, явно непреклонный эвгемерист, утверждает в примечании: Hoc versu memoriali viginti quatuor nomina archipiratorum sive regulorum maritimorum continentur[9]

  3. Gering, loc. cit.: "himen hverfa ⟨...⟩ den Himmel umkreisen ⟨...⟩ aldom at ártale, um den Menschen die Zeitrechnung zu ermöglichen. Daher führt auch der Mond den Namen ártale — Zeitberechner"[10]

  4. Tuisko-Land (1891) — 326; см. тж. 321 

  5. Т.е., (1) Schmuck, (2) Putz der Frauen; см. Walde-Hofmann, Lat. Etym. Wb., 2, 126f. 

  6. Ср. A. Kuhn (Die Herabkunft des Feuers und des Gö̈ttertranks [1886] — P. 116), где он ссылается на Ауфрехта: möndull m., axis rotarum, cotis rotatilis et similium instrumentorum[11]; ibid. note 2, цитирующая Эгильсона: möndull m. lignum teres, quo mola trusatilis circumagitur, mobile, molucrum[12]; möndultrè m. manubrium ligneum, quo mola versatur[13]

  7. См. тж. H. Grassmann, Wörterbuch zum Rig Veda (1955), col. 976f. 

  8. См. L. Wohleb, Die altrömische und hethitische evocatio // ARW 25 (1927), 209: сноска 5: Ferner mahle den Männern (nämlich des feindlichen Landes) Mannheit, Geschlechtskraft (?), Gesundheit weg; (ihre) Schwerter, Bogen, Pfeile, Dolch(e) nimm und bringe sie ins Land Chatti. 

  9. Мы лишь слегка касаемся семейства ручной мельницы Амлоди: этого должно быть достаточно, чтобы утверждать, что quairnus означает «жёрнов, мельница» в готском, несмотря на то, что древнескандинавское kirna — это маслобойка. Якоб Гримм (Geschichte der deutschen Sprache [1848], p. 47) хотел вывести quairnus из Zarna, zrno, лит. girna, латв. dsirnus = «зерно, ядро», но кажется, не существует пути от этого к английскому churn («маслобойка») и древнескандинавскому kirna (тоже «маслобойка»). 

  10. M. Mayrhofer, Kurzgefaßtes Etymol. Wörterbuch des Altindischen. — Vol. 2 (1963). — Р. 567f., 578ff 

  11. Худшим среди подобных является случай с греческим корнем lyk, касательно которого эксперты настаивают, что есть два разных корня: lyk= «свет» и lyk= «волк», не тратя времени на осмысление ⟨слов⟩ Пифагора, который учил: «Планеты являются собаками Персефоны», все представители псовых в мифах имеют основания быть «светом». 

  12. Сборник всего лишь забавных пережитков мог бы порадовать следующей историей из Швейцарии (Grimm, ТМ. — Р. 697): «В Золотом веке, когда ручьи и озера были полны молока, пастух опрокинулся на своей лодке и утонул; его тело, долго разыскиваемое, в итоге всё-таки поднялось на сливках, когда они были взбиты, и было похоронено в углублении, которое пчёлы создали из сот, столь же больших как главные ворота города. 


  1. Mundilföri

  2. Mundel-fere

  3. замещающее имя

  4. искусство интерпретации

  5. жёрнов

  6. С обнаруженным к данному моменту значением, корень manth выявил уже в Ведах (по способу, естественно) вырабатывающуюся идею отрывания, захвата, грабежа, и отсюда вытекало значение греческого manthánô, которое, соответственно, появляется, когда захватывают, присваивают себе чужое знание. Так как мы рассматриваем имя Прометея в этой связи, то вполне оправданным допущением, пожалуй, будет то, что лишь на греческой почве из грабителя, зажигающего огонь, развивается предусмотрительный Титан; к тому же станет ясно, что эта абстракция могла появиться только из чувственного представления о добыче огня трением. Что касается этимологии слова, то Потт тоже ⟨...⟩ отшатнулся от того же manthano в значении mens provida, providential ⟨лат. «ум предвидящий, предвидение»⟩, ⟨...⟩ но позже ему не стоило оставлять без внимания санскритский глагол. Я твёрдо придерживаюсь в этой связи ранее уже ясно выраженного мнения, согласно которому Прометей происходит от понятия pramātha, «грабёж», так что он соответствует предполагаемому санскр. Pramāthyus, «грабительский, любящий грабёж», хотя все же возможно, что и упоминавшийся уже тут pramantha (= вертикальный бур) повлиял на образование слова, тем более, что Потт обнаруживает ещё и Зевса Проманфея ⟨...⟩ у Ликофрона («Александра», 537), так что имя, в том числе, выражало бы и «извлечение огня ⟨трением⟩».

  7. manth,”взбивать” этимологически отлично от math-, mathnāti “грабить” (по-видимому, без носового ⟨n⟩).

  8. на начальном этапе нетривиальные подтверждения древнеинд. math- “грабить” ⟨...⟩ состоят пока что только из осторожно выраженного, но очень правдоподобного сведения древнеинд. pra- math- с греческим Promētheus, дорийским Prometheus (Й. Нартен)

  9. Этот стих для запоминания содержит имена двадцати четырех главарей пиратов или мелких правителей приморских областей, ⟨которые они⟩ удерживают в повиновении.

  10. himen hverfa ⟨...⟩ кружатся по небу ⟨...⟩ aldom at ártale, чтобы дать людям возможность вести летоисчисление. Поэтому Луна носит имя ártale — «измеритель времени»

  11. ось колеса, круглого точильного камня и подобного инструмента

  12. деревяшка обточенная, вокруг которой обращается мельничный жёрнов; подвижная; метла для уборки мельницы

  13. деревянная ручка, которая вращает жёрнов