Мельница Гамлета

эссе, исследующее истоки
человеческого знания
и его передачу
через миф

Глава 17. Устройство космоса

La mythologie, dans son origine, est l’ouvrage de la science; la science seule l’expliquera[1].
Charles Dupuis

В греческом мифе базовая конструкция мира описана в известном «Видении Эра» в десятой книге «Государства». Там мы находим Эра, сына Армения, который воскрес на погребальном костре, прямо перед тем как его подожгли, и описал своё путешествие через мир иной (10.615f.). Он и группа душ, направленных к перерождению, которых он сопровождает, путешествуют через потусторонний мир. Они подходят к «прямому лучу света, подобному столбу, протянувшемуся сверху через всё небо и землю — и там, в середине света, они увидели протянувшиеся с неба концы цепей; потому что этот свет связывает небеса, удерживая вместе весь вращающийся небесный свод, подобно брусьям военного корабля. На концах висит Веретено Необходимости, посредством которого все круги вращаются».

Корнфорд добавляет в примечании: «Существуют разногласия в том, является ли связь, удерживающая воедино вселенную, только прямым осевым лучом или круговым поясом света, в качестве которого предлагался Млечный путь1, опоясывающий небо неподвижных звёзд»2. Айслер понимал это как Зодиак, как ни странно3. Поскольку эти «брусья» триремы не опоясывают корабль горизонтально, но значат крепление мачты («дерева» корабля), которая указывает вверх, мы принципиально стоим за Млечный путь, который, тем не менее, в более поздние времена вынужденно был «заменён» на невидимые колюры4. Но Эр также говорил о приключениях душ между перевоплощениями, и в этом контексте мы тоже можем полагаться на Млечный путь. Конечно, «модель» далека от ясности, даже при уступке Корнфорда, и это, несомненно, преднамеренно. В самом деле, несколькими абзацами ниже они приходят к полному планетарию с этими «пряслицами», «Веретеном Необходимости», которое держит богиня, окруженная Судьбами, разматывающими нити человеческих жизней. Души могут слушать Песню Лахезис до тех пор, пока не покинули «луг», но цепи и луч, или обруч, больше не присутствуют в картине. Платон отказывается быть корректным геометром Мира Иного, точно так же, как не был он рационален и по поводу его гидравлики. Но ранее в «Фэдоне» Сократ иронизировал по поводу «истин» науки и настаивал на том, что истины мифа иного порядка и неподвластны обычному сознанию. Как если Платон сложил несколько уважаемых мифических традиций (включая планетную гармонию), но не стал претендовать на их упорядочивание. Так его вид «конструкции» космоса остаётся незавершённым. Но, как бы то ни было, ось и пояс и цепи объединены, и можно прийти к выводу, что это оригинальная идея. Вращение полярной оси не должно отделяться от великих окружностей, которые одновременно смещаются в небе. Конструкция есть мысль о том, что всё едино с осью. Это возвращает к пифагорейскому авторитету, которому Платон предполагал следовать (Тимон[2] даже жёстко говорил о плагиате), и которого Сократ часто цитирует с неподдельным уважением. Это Филолай, несомненно творческий астроном высокого ранга, от произведений которого осталось только несколько фрагментов, подлинности которых опрометчиво бросали вызов многие современные филологи5. В 12-ом фрагменте Филолая есть краткое определение космоса, весьма в духе платоновского «додекаэдра», процитированного в главе 12.

«Сфере присущи пять тел: находящиеся внутри Сферы огонь, вода, земля, воздух и пятое — корпус»6 ⟨собств. «корабль» ⟩. Несмотря на тяжеловесный дорический стиль Филолая, утверждение совершенно ясное. «Корпус» (olkas[3]) было общепринятым названием для фрахтовых судов, построенных для навалочного груза, широких в брусьях. Он действительно больше подходит, чем платоновская тонкая трирема; и ближе по очертаниям к тому, что подразумевали, по всей видимости, оба: додекаэдр, «корпус», то есть, сфера, действительно содержащая каркас. Со слов Платона понятно, что «пятое» — это сфера, которую он называет эфиром, содержащая четыре древних элемента, но совершенно не связанная с ними. Аристотель превратил её в прозрачную небесную «материю», в которой он нуждался для своей системы, но и для него она осталась «пятой сущностью». Таким образом, дважды повторился изначальный «корпус», искомый каркас. Найденное здесь уже отмечалось в главе 7 — этимология Сампо обнаружилась в санскритской «скамбхе».

Абстрактная идея простой земной оси, такая естественная сегодня, была далеко не столь логична для древних, которые всегда мыслили весь механизм небес, вращающихся вокруг земли, закреплённой в центре. Одна линия в структуре всегда подразумевает все остальные. Что ж, видно пора принять идею мировой конструкции как Имплекс (здесь и далее это слово предполагает необходимые атрибуты, которые ассоциируются с концепцией: например, центр и окружность круга, параллели и меридианы, подразумеваемые сферой), самыми грубыми моделями которого были Гротти и Сампо, с их тяжеловесными движущимися частями.

Подобно оси мельницы, дерево, скамбха, также представляет собой мировую ось. Это инстинктивно наводит на мысль о прямом, вертикальном столбе, но мировая ось — это упрощение реальной концепции. Эта невидимая ось, конечно, увенчана Северным Гвоздём, но образ нуждается в обогащении ещё двумя измерениями. Термин «мировая ось» — это сокращение языка, сравнимое с визуальным сокращением, успешно достигаемым при проецировании пределов Неба на плоскую звёздную карту.

Лучше не мыслить ось в прямых аналитических терминах, одна линия за раз, но рассматривать её и каркас, с которым она связана, как единое целое. Это предполагает использование поливалентных терминов, и признание сходящейся в точку спирали непривычных значений.

Как радиус автоматически вызывает в уме круг, так и ось должна вызывать две определяющие великие окружности на поверхности сферы: колюры равноденствий и солнцестояний. Нарисованная таким способом, ось имеет сходство с полной армиллярной сферой. Это означает систему координат сферы и представляет каркас мировой эпохи. В действительности каркас определяет мировую эпоху. Потому что полярная ось и колюры формируют неделимую полноту, цельный каркас приходит в беспорядок, если одна из частей сдвигается. Когда это случается, новая Полярная звезда со свойственными ей собственными колюрами должна заменить устаревший аппарат.

Таким образом, санскритская скамбха, мировой столб, предок финской Сампо, является неотъемлемым элементом в системе вещей. Гимн 10.7 «Атхарваведы» посвящён скамбхе, и Уитни, переводчик и комментатор7 говорит загадочно в примечании к 10.7.2: «Скамбха, букв. „подпорка, опора, столб“, в этом гимне странно использована в качестве каркаса вселенной или считается персонификацией её души». Вот два стиха оттуда:

12. В которой земля, атмосфера, в которой небо расположилось, где огонь, луна, солнце, ветер закреплены, эта Скамбха говорит...

35. Скамбха поддерживает небо-и-землю здесь; скамбха поддерживает обширную атмосферу, скамбха поддерживает шесть широких направлений; внутрь скамбхи вошла полнота существования.

Добрая старая Сампо звучит без претензий, но у неё есть три «корня»: «один в небе, другой в земле, третий в водовороте»8. Сделать набросок дерева, подобного колонне, (не говоря уже о мельнице) с корнями, распределёнными указанным способом, было бы непростой задачей. Особенно если требуется «огромный бык Похьёлы» — явно космический бык — чтобы выкорчевать эти странные корни: финские герои сами оказались не в состоянии вырвать с корнем Сампо.

В случае Иггдрасиля, Мирового Ясеня, Рюдберг пытался изо всех сил локализовать его три корня, представить и нарисовать их.

Так как он с твёрдой решимостью смотрел вглубь нашей планеты, результат был не очень убедительный. Один из корней, сказал он, принадлежит Асам в небе, и подле него находится самый священный источник Урд. Второй нашёлся в жилище инистых великанов, «где раньше был Гиннунгагап», и где теперь колодец Мимира. Третий корень принадлежит Нифльхейму, царству мёртвых, под этим корнем находится Хвергельмер, «Водоворот» («Видение Гюльви», 15)9.

Это исключает любые земные чертежи. Это выглядит так, как если «ось», вовлекая колюры равноденствия и солнцестояния, пробегает через «три мира», которые есть, говоря грубо и очень неаккуратно, следующие:

(а) небесный север, начиная с Тропика Рака и выше — владения богов;

(б) «обитаемый мир» — зодиак между тропиками, владения живых;

(в) небесный юг, начиная с Тропика Козерога и ниже, иначе называемый Пресноводным Океаном, царство мёртвых.

Разграничительная плоскость между твёрдой землёй и морем представлена небесным экватором; следовательно, половина зодиака под «водой» — южная часть эклиптики, ограниченная равноденственными точками. Что и говорить, есть более тонкие разделения, «зоны», «пояса» или «климаты», делящие сферу с севера на юг, а важней всего то, что «небо», как и «воды» юга, имеют долю в «обитаемом мире», выделенную им10.

Это резюме — почти легкомысленное упрощение, но на данный момент его достаточно.

Тем временем, снова необходимо объяснить, что «земля» эта — то, что современным интерпретаторам нравится принимать за блин. Мифическая земля, фактически, плоскость, но эта плоскость не совсем наша «земля» — не планета и не предполагаемая гомоцентрическая земля. «Земля» — это подразумеваемая плоскость, проходящая через четыре точки года, отмеченные равноденствиями и солнцестояниями, другими словами, эклиптика. Вот почему эта «земля» очень часто называется квадратной. Четыре «угла» — это зодиакальные созвездия, поднимающиеся гелиакально в равноденствия и в солнцестояния, части «каркаса» скамбхи, точки, которые определяют «землю». Каждая мировая эпоха имеет свою собственную «землю». По этой самой причине имеют место «концы света». Новая «земля» появляется, когда другой набор созвездий приводится прецессией к определению годовых точек.

Рис. 21
Рис. 21.

Гора Меру, мировая гора, поднимающаяся из моря, увенчанная святыми лучами, с солнцем и луной, кружащимися вокруг неё, как изображено в старобуддийском пещерном святилище в китайском Туркестане.

Рис. 22
Рис. 22.

Вызванное смертью Будды разрушение горы Меру в форме песчаных часов; солнце и луна катятся вниз; на луне виден заяц. В этой книге упоминается много опрокинутых мировых столбов, мельничных осей, деревьев без корней и так далее. Это — одно из немногих наглядных изображений разбивающейся скамбхи.

Как только читатель произвёл корректировку, необходимую, чтобы думать о каркасе вместо «столба», он может легко понять множество странных сцен, которые были прямо противоположны природе — идеи по поводу того, что планеты совершают подвиги в местах, которые отсутствуют в их досягаемости — таких, как оба полюса. Он поймёт, почему сила, планирующая выкорчевать (или срубить) дерево, или снять с петель мельницу, или просто вытащить пробку, или штифт, не отправляется «вверх» — или «вниз» — вплоть до полюса, чтобы сделать это. Сила создаёт тот же эффект, когда выдёргивает ближайшую доступную часть «каркаса» в обитаемом мире.

Здесь есть несколько примеров манипуляций с каркасом, начиная с самого пустячного пережитка. Фактически, это полезный метод, потому что чем менее значительный пример, тем более удивителен факт его выживания. Туркменские племена южного Туркестана рассказывают о медной колонне, отмечающей «пуп земли», и они утверждают, что «только девятилетний герой Кара Пар способен поднять и выдернуть его»11. Как, само собой разумеется, никто не комментирует странную идею, что кто-то должен стремиться «извлечь пуп земли». Когда молодой Артур делает это с Экскалибуром, события были уже помещены в более знакомую структуру, и не вызывают вопросов.

В своём напыщенном стиле, «Махабхарата» представляет подобное чудо следующим образом:

Это был Вишвамитра, который в гневе создал второй мир и бесчисленные звёзды, начиная со Шравана ⟨…⟩ Он смог поджечь три мира своим великолепием, мог отпечатком (своей ноги) заставить землю дрожать. Он мог «отколоть великую Меру от Земли» и швырнуть её на любое расстояние. Он мог обежать 10 точек земли за одно мгновение12.

Вишвамитра — это одна из семи звёзд Большого Ковша, что, по крайней мере, было обнаружено. Но каждая планета представлена звездой Большой Медведицы и наоборот; следовательно, этот случай не выглядит особенно полезным13.

Рис. 23
Рис. 23.

Местонахождение колюров солнцестояний в 2800 г. до н. э., 1950 г. до н.э. и в 1822 г. н.э. с Семью Риши: Крату, Пулахья, Пуластья, Атри, Ангирас, Васишта и Маричи.

Рис. 24
Рис. 24.

Индийские лунные стоянки (накшатры) и их божественные управители.

Космическое событие первого порядка могло быть просто недооценено, когда оно скромно притаилось в волшебной сказке. Следующий пример взят из индийского «Океана историй», где о Шиве говорится: «Когда он, будучи один, направил трезубец в сердце Андака, царя асуров, дротик, который этот монарх вставил в сердце трёх миров был, странно сказать, извлечён»14.

Сюжет может также сократиться до неузнаваемости и стать чем-то незначительным, когда замаскирован под историю, но эта следующая история, по крайней мере, связана с известным историческим персонажем, и даже проверена серьёзным военным историком, таким как Арриан, который рассказывает нам следующее:

Александр вошёл в Гордий и поднялся в кремль, где находился дворец Гордия и его сына Мидаса. Ему очень захотелось осмотреть повозку Гордия и узел на ярме этой повозки. Об этой повозке местные жители рассказывают знаменитую историю: в древности жил во Фригии бедняк Гордий; был у него клочок земли и пара волов: на одном он пахал, на другом занимался извозом. Однажды, когда он пахал, к нему на ярмо сел орёл и сидел, пока тот не распряг вола. Перепуганный Гордий пошёл рассказать о божественном знамении телмесским прорицателям. Телмесцы умеют истолковывать божественные знамения, и дар прорицания наследуют у них в роду мужчины, женщины и дети. Подходя к какой-то деревне в телмесском округе, он встретил девушку, черпавшую воду, и рассказал ей про свой случай с орлом. Девушка эта была сама из рода прорицателей; она велела ему, вернувшись на то самое место, принести жертву Зевсу-Царю. Гордий же попросил её пойти вместе с ним и объяснить, как приносить жертву. Он совершил её так, как она ему указала: сочетался с девушкой браком, и у них родился сын Мидас.

Когда этот Мидас был уже красивым храбрым мужем, во Фригии разразилась междоусобица, от которой страдали все. Получено было предсказание, что к ним на повозке приедет царь, который и прекратит междоусобицу. Пока они ещё рассуждали об этом, в народном собрании появился и стал с повозкой Мидас вместе с отцом и матерью. Тут, соотнесясь с предсказанием, признали в Мидасе того, о котором божество изрекло, что он приедет на повозке. Мидаса поставили царём. Мидас прекратил междоусобицу, а отцовскую повозку поставил в кремле, как благодарственное подношение Зевсу-Царю за ниспосланного орла.

Об этой повозке рассказывают вот ещё что; тому, кто развяжет узел на её ярме, предсказано владеть Азией. Узел был завязан из лыка дикой вишни[4], и в нём не видно было ни конца ни начала. Александр не мог разгадать загадку узла, оставить же узел неразвязанным не хотел, чтобы это не вызвало волнения и толков в народе. Одни рассказывают, что он разрубил узел мечом и сказал, что вот узел и развязан. Аристобул же пишет, что он вынул из дышла загвоздку — это колышек, который проходит через дышло насквозь и на котором держится узел, и снял ярмо. Как в действительности обстояло у Александра дело с узлом, я утверждать не могу. Во всяком случае, он и его спутники ушли от повозки в убеждении, что пророчество относительно развязывания узла сбывается на нём. В ту же ночь это подтвердили небесные знамения: гроза с громом и молниями. Поэтому на следующий день Александр принёс жертву богам, явившим знамения и указавшим ему, как развязать узел15[5].

Не вдаваясь сейчас в соответствующий сравнительный материал, надо подчеркнуть, что в тех случаях, когда «цари» сидят в повозках (греч. Hamaxa — «телега»), то есть, четырёхколёсных телегах, в большинстве случаев это Повозка Карла[6].

Александр был настоящим мифостроителем или, скорее, настоящим магнитом, притягивающим мифы. У него был дар привлечения к своей легендарной личности разнообразных преданий, которые когда-то были придуманы для Гильгамеша.

Но время ещё не пришло ни для Александра или Гильгамеша, ни для дальнейшего утверждения о божествах и героях, которые могли бы вытащить загвоздки, пробки и столбы. Следующая проблема связана с самыми важными характеристиками мифических ландшафтов и их возможной локализацией, или фиксацией во времени. Существенно знать, где и когда появился первый водоворот, раз Гротти, Мельница Амлоди, была разрушена. Это, впрочем, вводящее в заблуждение выражение, потому что наша терминология ещё слишком неточна. Его предпочтительнее называть первым выходом из водоворота или вхождением в него. Представляется целесообразным суммировать кусочки информации, которые были собраны о водовороте в целом:

Читатель может согласиться, что эта сводка ясно показывает недостаточность общей терминологии, принятой большинством. Словесное замешательство провоцирует симпатию к Нумению (см. выше) и «Третьему Ватиканскому Мифографу», которые под реками понимали планеты, их планетные орбиты, соответственно. Мы думаем, что водоворот символизирует «мир эклиптики», обозначенный кружащимися планетами, обнимающими всё, «круги» которых наклонены относительно полярной оси и экватора — наклон около 23 градусов, больше или меньше, у каждой планеты своё собственное наклонение относительно других и пути солнца, в узком смысле — эклиптики. Ранее упоминалось, что центр римского цирка был Еврипом, а алтари трёх внешних планет (Сатурна, Юпитера, Марса) и трёх внутренних планет (Венеры, Меркурия, Луны) по сторонам пирамиды Солнца, и что там было не больше семи объездных дорожек, потому что «планет только семь».

Эклиптика как водоворот — это только один аспект известного «имплекса». Следует иметь в виду, что, будучи местом всех планетарных сил, она представляет, так сказать, «Устройство» сама по себе. Нет лучшего символа мышления этой плането-одержимой месопотамской цивилизации, чем сами надменные планы царских городов, которые были терпеливо реконструированы поколениями востоковедов и археологов.

Ниневия объявила себя местом пребывания устойчивого порядка и силы своих семи окружностей зубчатых стен, окрашенных в семь планетарных цветов, и таких толстых, что колесницы могли ехать по их верху. Планетный символизм распространён в Индии, как было показано в главе 8, и кульминацией этой чудесной космической диаграммы стал храм Боробудур на Яве17. Это всё ещё очевидно в неисчислимых ступах, которые испещряют индийский сельский пейзаж, добавленные венцы которых обозначают планетные небеса. И здесь мы видим «Устройство» как Путь Вверх или Вниз, непосредственно как видел Нумений, последовательность сфер перемещения души, безмолвное обещание превосходства, которое отмечает гностическую или индуистскую схемы. Контурной карте всегда недостаёт одного или более измерений. Водоворот — это путь вверх или вниз? Гераклит сказал бы, что оба пути — один и тот же путь. Вы не можете поместить в схему всё сразу.

Общая концепция водоворота как «мира эклиптики», конечно, не поможет понять одиночную деталь. Начиная с идеи водоворота, как пути в другой мир, надо смотреть на ситуацию глазами души, намеревающейся идти туда. Надо двигаться изнутри наружу, «подняться» от геоцентрической земли через планетные сферы «вверх» к фиксированной сфере, прямо через весь водоворот, эклиптический мир. Но для того, чтобы покинуть каркас эклиптики, должна быть пересадочная станция на экваторе. Можно было бы ожидать, что эта станция будет на пересечении эклиптических и экваториальных координат в равноденствие. Но, очевидно, это не было договорённостью. Следовали намного более старым маршрутом. Это правда, что иногда смотрели так, как если бы точка перемены была в равноденствиях. Астрологическая традиция, которой следует Тевкр18, например, предоставляет щедрые предложения по поводу небесных расположений Гадеса, Ахерусийского озера, Харона-перевозчика и др. — все они под разделом Весы. Но это ловушка и можно только надеяться, что множество несчастных душ не обманулось. Поскольку эти астрологические тексты имеют в виду знак Весы, а не созвездие.

Все «пересадочные станции» находятся неизменно в двух областях: на Юге между Скорпионом и Стрельцом и на Севере между Близнецами и Тельцом; и это верно сквозь время и пространство, от Вавилона до Никарагуа19.

Почему это вообще было сделано? Потому что Млечный путь пересекается с эклиптикой между ⟨созвездиями⟩ Стрельца и Скорпиона на юге и между ⟨созвездиями⟩ Близнецов и Тельца на Севере, образуя эти перекрёстки.


  1. Ср.: O. Gruppe, Griechische Mythologie und Religionsgeschichte (1905). — P. 1036, footnote 1: «вероятно, Млечный путь». 

  2. Plato’s Republic (Cornford trans.). — P. 353. 

  3. Eisler, Weltenmantel und Himmelszelt (1910). — P. 97f. 

  4. См. также дискуссию в книге: J. L. E. Dreyer, A History of Astronomy from Thales to Kepler (1953). — P. 56f. Относительно «цепей», который он перевёл как «связи», Дрейер утверждает: "Связи (desmoi) небес — это колюры солнцестояний и равноденствий, пересекающиеся на полюсах, точки которых, следовательно, могут быть названы их концами (akra). 

  5. G. de Santillana, W. Pitts, Philolaos in Limbo // ISIS 42 (1951). — P. 112-20; тж. в Reflections on Men and Ideas (1968). — P. 190-201. 

  6. См. H. Diels, Die Fragmente der Vorsokratiker (1951). — V. I, P. 412f.[9] 

  7. Harvard Oriental Series. — V. 8, P. 590. 

  8. K. Krohn, Kalevalastudien 4. Sampo (1927). — P. 13. 

  9. Мы осведомлены о том, что любая Гротти «должна» иметь три корня, что Иггдрасиль должен быть вырван с корнем, и что финны не говорили о том, как возник водоворот. Всё это может быть объяснено, но мы хотим, тем не менее, избежать привлечения всё большего и большего материала в это дело. Несколько мировых эпох кончились, и погибли они неодинаковыми способами; например, финны знали о разрушении Сампо и о падении великого Дуба. 

  10. Чтобы выяснить точные области трёх миров, требуется обработать полную историю вавилонских «Путей Ану, Энлиля и Эа», и то, как эти «Пути» приспособлялись, менялись и определялись по-новому множеством наследников древней восточной астрономии. И тогда бы ещё мы не были мудрыми настолько, чтобы точно определить местонахождение «Воздуха», «Солёной воды» и других неоднозначных предметов. 

  11. Radloff, цит. по: W. E. Röscher, Der Omphalosgedanke (1918). — P. 1f. 

  12. Mbh. 1.71, Roy trans. — V. 1, P. 171. 

  13. Заметим, что то, что «бесчисленные (вновь определённые) звезды начинаются со Шравана, должно пролить свет для нас. Шравана, «хромой» — это, в общепринятом порядке, двадцать первый лунный дворец, альфа-бета-гамма Орла, также называемая именем Ашватта, которое символизирует священную смоковницу, но буквально означает «под которым лошади стоят» (Scherer, Gestirnnamen. — P. 158), что предлагаем сравнить со старонорвежским Иггдрасилем, означающим «древо, под которым лошадь Одина пасётся» (Reuter, Germanische Himmelskunde. — P. 236). В действительности, колюр солнцестояний проходил через альфа-бета-гамму Орла около 300 г. до н.э. и ещё долгое время после, когда колюр имел обыкновение проходить через ту или другую звезду Большой Медведицы; равноденственный колюр, при этом проходил очень близко от эты Малой Медведицы. Принимая во внимание, что эта поддерживает самые сердечные отношения с Марсом в западной астрологии, Вишвамитра может быть этой, и может представлять Марс, и это очень хорошо подходит разрушительному характеру этого Риши. Но даже если мы согласимся с этой рабочей гипотезой, остаётся загадкой «второй мир», то есть «второй» относительно какого «первого»? Хотя у нас есть подозрение, мы не станем пытаться проверять его здесь и сейчас. Две цитаты должны быть упомянуты в любом случае: (1) Махабхарата 14-44 (том 12) утверждает: «Созвездия (= лунные дворцы, накшатры) имеют Шравану как первого из них»; (2) Сенгупта (Surya Siddhanta, Burgess trans. — Р. xxxiv) утверждает, что «время данной редакции „Махабхараты“ было названо „Шраванади кала“, то есть время, когда колюр солнцестояния зимой проходит через накшатра Шравана» (см. рис. 23-24).  

  14. N. M. Penzer, The Ocean of Story (1924). — V. 1, P. 3. 

  15. «Анабазис Александра» 12.3.1-8 (Robson trans., LCL). 

  16. Orpheus and Greek Religion (1952). — P. 168. 

  17. P. Mus, Barabudur (1935). 

  18. F. Boll, Sphaera (1903). — P. 19, 28, 47, 246-51. Антиох не упоминает ни одну из этих групп звёзд. 

  19. Замечание, не чуждое даже весёлым приключениям Солнца, Китайской Обезьяны (Wou Tch’eng Ngen, French trans. by Louis Avenal [1957]). Однажды два harponneurs des morts[10] поймали её, утверждая, что она прибыла в предназначенный срок, и созрела для подземного мира. Она бежала, конечно. Переводчик замечает, что это созвездие Нан Теоу, Южный Ковш, принимает решение о смерти каждого, и приказы выполняют эти harponneurs des morts. Южный Ковш состоит из звёзд мю-лямбда-фи-сигма-тау-дзета Стрельца. (ср. G. Schlegel, L’Uranographie Chinoise [1875]. — P. 172f.; L. de Saussure, Les Origines de l’Astronomie Chinoise [1930]. — P. 452f.). 


  1. «Мифология, по происхождению, — труд науки; только наука её объяснит». Шарль Дюпюи

  2. Timon

  3. «буксирное, т.е. грузовое судно», от olke — «тяга, таскание; тяжесть, вес».

  4. В приведенном отрывке на англ. опять упоминается кизил (прежде полый жезл Брута был из него, ныне из коры кизила — Гордиев узел)

  5. «Анабазис Александра» здесь в пер. М. Е. Сергеенко

  6. название созвездия Большой Медведицы на Западе

  7. Пупом Моря

  8. Dyak

  9. «Фрагменты ранних греческих философов» (1989) — Т.1. С. 443.

  10. гарпунёры мёртвых